Уже второй год подряд 7 ноября в нашей стране не является государственным праздником. «Национал-патриотами» было пролито немало слез и чернил по этому поводу. Но есть ли в действительности причины для оплакивания? Ведь «день согласия и примирения», как официально именовалось 7 ноября до 2005, был куда большим надругательством над революцией, чем прошлогодняя отмена выходного.

На самом деле все, для кого годовщина Октября является чем-то большим, чем ритуальной датой, должны отдать должное «Единой России». Откровенность — не самая распространенная добродетель верхов, её следует ценить. Лишив 7 ноября государственного статуса, правящий класс дал понять обществу, к какой исторической традиции он себя относит, и какую часть российской и мировой истории он хочет вытравить из памяти людей.

Так что же произошло в этот «проклятый» день 89 лет тому назад? Что хочет забыть режим, и чего он забыть не может? Был ли Октябрь 1917 началом новой «великой империи», как пытается убедить нас г-н Зюганов? Или это был путч горстки заговорщиков, преградивший стране путь к цивилизации и демократии?

Прежде всего, придется огорчить «красных» националистов. 7 ноября они празднуют по странному недоразумению. Рабочие, солдаты и крестьяне, поддержавшие большевиков, отнюдь не горели «патриотическими» чувствами. Напротив, они восстали против собственного правительства в разгар мировой войны, отказались сражаться за Босфор и Дарданеллы, братались с неприятелем на поле боя… Т.е. вели себя как отъявленные космополиты и «агенты немецкого генерального штаба».

Первые же декреты советской власти провозгласили «право наций на самоопределение вплоть до отделения», вбив осиновый кол в старую империю царей и в само понятие «нации». Цементом, скрепившим осколки царской России в первое в мире рабочее государство была не национальная, а классовая, пролетарская общность. СССР 20-х стал совершенно особым, невиданным в истории, образованием: ни «державой», ни «цивилизацией», ни, тем более, империей. То был очаг мировой революции, ядро всемирной рабочей коммуны, «единого человечьего общежитья», приковавшее к себе внимание всего человечества. Там, где была заурядная азиатская деспотия Романовых, обогатившая мир разве что словами «vodka», «cossack» и «pogrom», взорвался революционный вулкан, сотрясший почву под ногами угнетателей во всех точках земного шара.

Конечно, Октябрь означал также невиданный взлет производительных сил страны, старт ее социальной и экономической модернизации. Либералам, которые твердят об «упущенных возможностях» России, о благодатном «западном пути», с которого мы будто бы свернули под варварским большевистским игом, стоит напомнить о плане ГОЭЛРО, проведенном в условиях жесточайшей разрухи по самым передовым западным технологиям. Им также стоило бы вспомнить о ликвидации неграмотности, о десятках народов, впервые получивших письменность в начале 20-х, о миллионах крестьян, ставших хозяевами земли, и о трудовом законодательстве, которому завидовали рабочие США и Западной Европы.

Да, сталинский переворот в партии уничтожил многие завоевания революции. Индустриализация и коллективизация 30-х были проведены варварскими, бюрократическими методами. Советская демократия и большевизм были похоронены вместе с тысячами замученных в лагерях «троцкистов», простых рабочих и крестьян. Но именно фундамент, заложенный в 20-х, позволил советскому обществу победить в войне и встать вровень с наиболее развитыми капиталистическими странами. Нынешние «либералы», плачущие о «западных ценностях» — это внуки сталинских палачей, верные продолжатели их преступлений. То, что было начато в конце 20-х — бюрократизация экономики и отстранение рабочих от управления государством — завершилось приватизацией 90-х, когда номенклатурные боссы превратились в «олигархов» и президентов, а народ утратил даже жалкие крохи социальных гарантий, унаследованных от революции.

Вот почему нынешние правители стремятся уничтожить память об Октябре. Тем самым они пытаются скрыть от народа тайну собственного происхождения. Им было бы очень приятно вывести свою родословную напрямую от Рюрика или Романовых, сделать вид, что 1917 не было никогда. Но шила в мешке не утаишь, и историю не перепишешь. Красный Призрак возвращается всякий раз, когда простые люди начинают задумываться о нищете собственной жизни и протестовать против социальной несправедливости. Вычеркивая прошлое из святцев, капиталисты не спрячутся от будущего.

Иван Овсянников

"Соц.Сопр."